[hideprofile][hh]Скрижали[/hh]
В тайных библиотеках Академии хранятся предания о семи великих Скрижалях, на которых высечены тексты об истинных искусствах. То, что большинство называет магией — лишь жалкое подражание этим семи путям. Каждый колдун может выбрать один путь и следовать ему до конца, ибо попытка идти несколькими разрывает душу быстрее, чем кристалл прорастает сквозь плоть.
[hz]Скрижаль Первая: Забвение[/hz]
Колдун, ступивший на этот путь, учится стирать себя из реальности. Но не становиться невидимым — это слишком просто. Он становится забытым.
Когда он активирует артефакт, люди перестают его замечать. Не потому, что он прозрачен, а потому, что их мозг отказывается обрабатывать информацию о его присутствии. Враг может смотреть прямо на колдуна, но видеть пустоту, стену, тень — что угодно, кроме человека.
Глубокое искусство: колдун может «стереть» не только себя, но и недавнее событие. Коснувшись свидетеля, он заставляет его забыть последние несколько минут. Охранник помнит, что слышал шум, пошел проверить, а дальше — провал. Он просто вернется на пост, думая, что обознался.
Цена: помимо порчи колдун сам начинает забывать себя. Проснувшись утром, он несколько минут вспоминает — кто он, где он, зачем он. Его лицо становится «обычным», лишенным запоминающихся черт. Через год его не сможет узнать родная мать.
[hz]Скрижаль Вторая: Разрыв[/hz]
Каждый предмет в мире имеет границу — край, где он заканчивается. Колдун может «наточить» эту границу, сделав ее абсолютно острой. Проведя пальцем с зажатым аметрином по воздуху, он оставляет в пространстве невидимый разрез, существующий несколько секунд.
Если враг пробежит сквозь это место, его разрежет пополам, даже не заметив препятствия. Можно «наточить» край собственного плаща — и взмах тканью разрубит противнику горло. Можно «наточить» собственный голос — и слова будут резать барабанные перепонки.
Глубокое искусство: колдун учится разрезать не материю, а связи. Одним движением он может разорвать дружбу, длившуюся годы, заставить мать возненавидеть дитя, разрушить верность солдата своему господину. Мир трещит по швам.
Цена: колдун сам становится «разрезанным». Его душа разделена на части, которые плохо сообщаются друг с другом. Он может любить и ненавидеть одного человека одновременно и не видеть в этом противоречия. Его тело покрывается тонкими белыми шрамами, появляющимися без причины.
[hz]Скрижаль Третья: Тяготение[/hz]
Колдун меняет вес всего, к чему прикасается синий кристалл.
Он может сделать перо тяжелым, как наковальня, и раздавить врага, уронив ему на голову пушинку. Могут сделать собственное тело невесомым и бесшумно плыть по ветру, перебираясь с крыши на крышу. Могут увеличить вес доспехов противника в десять раз — и тот рухнет на колени, не в силах сделать шаг.
Глубокое искусство: колдун учится взвешивать нематериальное. Горе может стать неподъемным, и человек умрет от разрыва сердца, вспоминая утрату. Радость становится легкой, как воздух, и враг теряет бдительность, глупо улыбаясь в самый ответственный момент.
Цена: колдун перестает чувствовать собственное тело. Он никогда не знает, сколько весит на самом деле. Его походка становится странной, дерганой — то он ступает слишком тяжело, проламывая пол, то слишком легко, едва касаясь земли. Близкие боятся обнимать его — можно не рассчитать и сломать ребра.
[hz]Скрижаль Четвертая: Пустота[/hz]
Колдун забирает у людей их внутренний жар — страсть, гнев, вдохновение, любовь. Коснувшись влюбленного, можно оставить его равнодушным. Коснувшись творца — лишить дара. Коснувшись воина в ярости — превратить в флегматичного созерцателя.
Краденое колдун может вдохнуть в себя, становясь на миг сверхчеловеком — быстрее, сильнее, ярче.
Глубокое искусство: колдун может красть тепло у самого времени. Вокруг него всегда на несколько градусов холоднее, чем должно быть. Там, где он проходит, опаздывают поезда, стареют цветы, ржавеет металл. Время не замедляется — оно просто "стынет".
Цена: колдун сам становится ледяным. Его кожа холодна, как у мертвеца. Он перестает чувствовать эмоции — все краденое тепло уходит слишком быстро. Он коллекционирует чужие страсти, чтобы хоть на миг вспомнить, каково это — быть живым.
[hz]Скрижаль Пятая: Память[/hz]
Колдун может разговаривать с тем, что никогда не было живым.
Камень помнит, как его выбили из скалы. Кирпич помнит руки мастера, его обжегшего. Меч помнит каждую кровь, которую пролил. Колдун может коснуться артефактом любой вещи и увидеть ее память.
Коснувшись стены, можно увидеть, кто проходил здесь вчера. Коснувшись кинжала — узнать, кто его владелец и кого он убил. Коснувшись старого дома — пережить все радости и трагедии, что случились под его крышей. Идеальный шпион, идеальный сыщик.
Глубокое искусство: колдун может "записывать" свои воспоминания в камни, оставляя послания будущим поколениям. Может "стирать" неудобные воспоминания из вещей, делая историю такой, как ей следует быть. Говорят, древнейшие здания городов — это библиотеки, полные криков и шепотов.
Цена: колдун перестает различать, где его память, а где — чужая, увиденная в камне. Он помнит события тысячелетней давности так же ясно, как завтрак сегодня утром. Он говорит с домами и просит тишины у булыжников мостовой. Окружающие считают его безумцем.
[hz]Скрижаль Шестая: Пульс[/hz]
У каждого человека есть свой пульс, свое сердцебиение, свой ритм шагов. У города есть свой ритм — смена дня и ночи, приливы толпы на улицах. У мира — смена времен года, движение звезд. Колдун может подстроиться под любой ритм.
Подстроившись под ритм сердца врага, он может заставить его сердце биться быстрее (инфаркт) или медленнее (обморок). Подстроившись под ритм патруля, он может проходить между охранниками так, что они никогда не повернут головы в его сторону — он движется в такт их движению.
Глубокое искусство: колдун может менять ритмы. Замедлить пульс города — и наступит странная тишина, никто не выйдет на улицы. Ускорить — и начнется паника, хаос, давка. Говорят, великие мастера этого пути могут остановить пульс у целой армии одним взмахом руки.
Цена: колдун теряет собственный ритм. Его пульс скачет, дыхание сбивается, он не может спать больше двух часов подряд. Его сердце может остановиться в любой момент без всякой магии — просто потому что рано или поздно забудет, как биться.
[hz]Скрижаль Седьмая: Пороги[/hz]
Колдун может перемещаться между жизнью и смертью. Между сном и явью. Между прошлым и будущим. Между своим и чужим. Видит то, чего нет, и может проводить других через эти границы.
Он открывает дверь туда, где двери нет — и шагает в Ничто, чтобы выйти в Совсем Другом Месте. Может заглянуть в глаза умирающему и увидеть, что ждет его за порогом. Может поговорить с тем, кто еще не родился.
Глубокое искусство: колдун может "сдвинуть" порог для другого человека. Тот, кто должен был умереть, живет. Тот, кто должен был жить, умирает. Можно родиться заново, не умирая — просто перешагнув порог между собой прежним и собой новым. Говорят, эти колдуны бессмертны — они просто перешагивают с одного порога на другой, уходя от смерти вечно.
Цена: колдун перестает существовать "здесь и сейчас". Он всегда "между". Его нельзя толком разглядеть, нельзя запомнить, нельзя коснуться. Иногда он не уверен, жив ли он вообще. Иногда ему кажется, что он умер много лет назад, а то, что ходит по земле — лишь тень, забывшая, что она тень.
Говорят, что тот, кто прочтет все семь Скрижалей и сможет пройти хотя бы по двум путям сразу, станет больше, чем колдуном. Он станет великим — существом из чистого аметрина, которое больше не нуждается в теле, не платит цену и может перекраивать реальность по своему желанию.
Но это лишь байки. Потому что даже читать все семь Скрижалей — уже риск сойти с ума. Ибо знание — тоже магия. И за него тоже надо платить.
К сожалению, местоположение скрижалей неизвестно. Учёные, аристократы и просто отчаянные люди, которые каким-то способом узнали о скрижалях, ищут их. Однако пока ещё никому не удалось это. Или тот, кто нашёл, никому об этом не сказал.
