Чарльз проснулся очень рано. И долго лежал, глядя на то, как лучи холодного зимнего солнца проникают в комнату. Медленно, аккуратно коснулись серебристой тюли, прошли насквозь, скользнули по полу и начали подниматься вместе с солнцем, освещая всё вокруг.
В голове было пусто. Не хотелось что-то делать. Даже шевелиться, чтобы поправить съехавшее одеяло на пол. Чарльз должен был чувствовать радость, предвкушать праздничный торт, подарки, поздравления. Но ничего кроме зияющей дыры внутри у него не было. Впрочем, как и каждый день до этого. Разве должно было быть сегодня иначе? Подумаешь, день рождения. Стал на год старше. Но этого недостаточно. Он был по-прежнему «почти взрослый». «Почти совершеннолетний». Этого по-прежнему недостаточно, чтобы его перестали считать ребёнком. И тенью своего отца. Чего он может добиться сегодня, когда по-прежнему нуждается в опеке? Ничего сам не может решать в своей жизни. Лишь подчиняться чужим указаниям.
В дверь постучали:
- Лорд Монфор, завтрак подан.
Даже время завтрака выбирать не может.
Чарльз горько усмехнулся и сбросил одеяло на пол. Рывком сел, попытался унять нарастающее в груди раздражение. Нужно было одеваться. Нет времени на эмоции и дурацкие мысли о будущем.

Через пятнадцать минут одетый, причёсанный и уже успокоившись, он быстрым шагом спустился на первый этаж. Слуги уже во всю готовились к празднику. Несли посуду и цветы. Действовали как слаженный механизм. Что ж, отец любил исполнительных и знающих своё дело слуг. Их в доме Монфор обычно было немного – кухарка, дворецкий, две горничные, садовник и конюх. Но сегодня из-за важного события были наняты дополнительные слуги. А оттого Чарльз чувствовал себя некомфортно от такого столпотворения. А ведь вечером людей будет ещё больше. Как же хотелось сбежать, но придётся терпеть. Улыбаться через силу, но так, чтобы радость выглядела искренней. Единственный, кто имел право сегодня не торчать здесь весь праздник, это был отец. Он вечно ссылался на какие-то важные дела и уходил после того, как соблюдал минимальные нормы приличия. Вручал подарок, поздравлял, говорил какую-то подходящую случаю глупость и оставлял Чарльза справляться со всем одного.
«Лучше бы вообще не появлялся весь день».
Он сделал глубокий вдох. Выдохнул, снова заставляя себя оставаться спокойным и не идти на поводу чувств. Вошёл в столовую и улыбнулся сидящему там Арману:
- Доброе утро, отец.
«Надеюсь, ты также плохо спал, как и я», - злорадно подумал Чарльз и сел напротив.